Записки Фон-визина очевидца Смутных времен царствований: Павла I, Александра I и Николая I.

Старая книга

старая книга - источник знаний
Это интересно

Полезные ссылки

книги

о книгах

карты


.

 

Люди, биографии, воспоминания.

Записки Фон-визина очевидца Смутных времен царствований: Павла I, Александра I и Николая I. Лейпциг, Вольфганг Гергард. LEIPZIG, Wolfgang  Gerhard. 1859

 

ЗАПИСКИ

ФОН-ВИЗИНА

очевидца

СМУТНЫХ ВРЕМЕН ЦАРСТВОВАНИЙ: ПАВЛА I, АЛЕКСАНДРА I И НИКОЛАЯ I.

 

 

 

 

 

 

 

ЛЕЙПЦИГ, Вольфганг Гергард.

LEIPZIG, Wolfgang  Gerhard.

1859

 

Во-первых бо известее взыкуется истина говорным сословием, нежели единым лицем. Древнее сословие есть греческое: другие помысли мудрейшие суть паче первых; то кольни паче помыслы многие, о едином деле рассуждающие мудрейшие будут паче единого.

А яко известие в познании, тако и сила в определении дела большая зде есть: по неже вясуше к уверению и повиновению преклоняет приговор оборный, нежели единоличный указ.. (Духовный Регламента Импер. Петра I-го после Собрания Законов Российской Империи в 1649 г. Т. VI.)

 

ОБОЗРЕНИЕ ПРОЯВЛЕНИЯ ПОЛИТИЧЕСКОЙ ЖИЗНИ В РОССИИ.

HISTOIRE DE RUSSIE РАR MM. ESNEAUX ЕТ CHENNECHOT. 5 VOLUMES. PARIS 1835.

Написавшие эту Русскую Историю два француза, не зная нашего языка, не могли изучить ее в источниках, летописях и других исторических памятниках, а имели перед глазами только французский перевод Карамзина и Историю Левека, который, впрочем, хорошо знал Русский язык, читал в подлиннике наши летописи и пользовался нашими древними отечественными памятниками. Но в его время многое, ныне обнародованное, валялось  еще в архивах и монастырях, покрытое вековою пылью и вовсе fytio  неизвестно занимающимся нашею историей и древностями. Карамзин первый начал  разрабатывать эти источники с знанием  дела и собрал много до него неизвестных сведений и актов в примечаниях к  своей истории занимающих половину его книги. Это главная его заслуга. По его следам трудились многие любители Русских древностей: Ермолов, Калайдович, Строев, Погодин и Общество Любителей Истории и Древностей при Московском  Университете. Канцлер  Граф Н. П. Румянцев покровительствовал эти изыскания и на свой счет напечатал собрание древних грамот, Софийский временник и исторические труды Калайдовича и Строева. Наконец, Археографическая Комиссия, учрежденная Правительством, которой открыты все государственные и монастырские, архивы, в продолжении своего тринадцатилетнего сѵществования собрала множество неизвестных до того актов, исторических, дипломатических  и юридических, отечественных  и иностранных  и печатает  их, также как и полный свод  древних  наших  летописей. Всем этим богатством не могли пользоваться г. г. Енно и Щеннто по незнанию по-Русски, и книга ими изданная не может назваться историей. Это скорее записки или комментарии на историю Карамзина, в которых, сравнивая его повествование с историей Левека, обличается слабость философического взгляда на события и недостаток логики в суждениях нашего историографа. Авторы доказывают, что там, где Карамзин разноречит с Левеком, Левек заслуживает более вероятия, представляя события естественнее, нежели как их представлял Карамзин.

Между тем в книге г. г. Енно и Шенто не видно враждебного расположения к России и Русским, которым отличаются по большей части сочинения иностранцев о нашем отечестве. Они, например, заметили в нашей древней истории, что в средние века, Русские были на высшей степени гражданственности нежели остальная Европа, разумеется до нашествия Монголов, что древние республики; Новгород, Псков и Вятка, наслаждались политическою свободою; — что в других областях России народ стоял за права свои, когда угрожала им власть князей, что общинные или муниципальные учреждения и вольности, были в древней России во всей силе, когда еще Западная Европа оставалась под игом феодализма.

Наши историки, особенно Карамзин, скупы на этого рода подробности, говорят о них слегка или вовсе пропускают  проявления в России политической свободы и те учреждения, которые ей благоприятствовали. Русские историки, напротив, везде стараются выставлять превосходство самодержавия и восхваляют какую-то блаженную патриархальность, в которой неограниченный монарх, как нежный чадолюбивый отец и дышит только одним желанием счастливить своих подданных.

Но так ли это в действительности? Верно ли представляют историки жизнь Русского народа в времена почитаемые ими варварскими? Не был ли тогда народ свободнее? Крепостное рабство земледельцев, в те времена общее всей Западной Европе, в России до XYII столетия не существовало: все Русские были вольные люди.

Г-жа Сталь сказала, где-то, что в жизни народов свободе во всех ее видах (политической, гражданской, личной) не оспоримо принадлежит законное право давности пред самовластием (C'est le despotisme qui est nouveau et la liberte qui est ancienne). Эта мысль гениальной писательницы верна относительно Европейского человечества и подтверждается древнею и даже среднею историей России, которая только в новейшие времена (с Петра Великого) стала классическою почвою самодержавия.

Прочитав историю Енно и Шеншо, мне пришла мысль представить краткое обозрение всех проявлений политической жизни в нашем отечестве. Начну этот перечень  я с самого начала его существования.

Беспристрастная история свидетельствует, что древняя Русь не знала ни рабства политического, ни рабства гражданского: то и другое привилось к ней постепенно и насильственно, вследствие несчастных обстоятельств.

Предки наши, Славяне были, как и их соседи Германцы, народ полудикий, но свободный, и в общественном быту Славян преобладала стихия демократическая — общинная.

Западные Славянские племена, искони разъединенные, не могли в средние века устоять против напора Германцев (со времени Карла Великого) более их воинственных и были ими покорены. Восточная половина славянского мира — Польша и Русь — оставались не зависимыми; первая, по соседству с Германскими государствами, усвоила их феодальное, аристократическое устройство, благоприятствующее, если не большинству народа, то сословиям и лицам, и это, обеспечивая их права и вольности, также содержало в себе семена будущего политического развития. Русь осталась верною коренной Славянской стихии: свободному общинному устройству, основанному на началах чисто демократических.


 

 

 
homecontact uscopyright |   |